5:22 пп - Пятница Октябрь 18, 2019

В галерее Файн Арт открыта выставка не юного вундеркинда

Что может рама? Дорогущая или найденная на помойке? А кто-нибудь представлял, что эта самая рама независимо от её стоимости и происхождения может выступать в роли философа? Ответ можно найти в галерее Файн-Арт, где выставлена экспозиция художника Тимофея Смирнова «Обрамление тотальной пустоты».

Тимофей Смирнов, «Чемоданное настроение», 2016.

В небольшой, но очень авторитетной галерее на Садовом кольце — на трех стенах всего 14 карандашных рисунков 35-летнего художника. Но начинаешь смотреть и попадаешь под обаяние этого хулиганствующего философа.

Из досье «МК»: Тимофей Смирнов родился в Москве в 1980-м, с детства его считали вундеркиндом. C отличием окончил Московский Академический институт им. В.И. Сурикова, стипендиат Министерства Культуры РФ, награжден Золотой медалью Российской Академии Художеств за серию графических работ «Путешествие вокруг моей комнаты» Кандидат искусствоведения. В 2012 –м получил Грант Президента РФ. В московском художественном лицее при академии художеств, где он учился, была учреждена медаль его имени — из глины. Свой собственный образец Смирнов разбил в первый день. Случайно.

Так вот про рамы, которые дали художнику импульс к созданию выставки. Как всё настоящее, оно произошло случайно: однажды ему подарили две великолепные рамы, которые, будучи пустыми, сконцентрировали его внимание на куске белой стены. Пустота в раме, точнее, её фрагмент, постепенно начал приобретать смысл светлого бесконечного пространства бескрайнего мира. Другой бы и не взглянул — подумаешь, полая деревяшка на белой стене. Ну разве что вспомнится «Мама мыла раму». Но Тимофей Смирнов не таков: для него это не просто деревяшка, а некое обрамление некой тотальной пустоты и ли пустой тотальности — кому как нравится. А сама рама в этом контексте приобрела метафизический смысл, скажем, окна, как выход в трехмерный мир за раму-окно.


Тимофей Смирнов, «ЧасЫ 2», 2016.

На трёх стенах, одна из которых затянута такой серой, но не мрачной тканью, графика в рамах разных эпох, под ними — сопроводительный текст, весьма индивидуальный. Вот его «Портрет ФЭД». О нем сказано: «Бывают собаки-дворняги. Бывают и рамы-дворняги. Как эта. Я нашел ее на помойке. Заботливо покрыл алюминиевым порошком. Это было 20 лет назад. Пробил ее час — и вот она здесь». ФЭД — известный фотоаппарат, мечта каждого мальчишки, рожденного в СССР. Через его затвор художник смотрит на жизнь — в его взгляде столько… от туманной ностальжи до актуального стеба.


Тимофей Смирнов, «Частная жизнь», 2016.

Рядом — «Дверца в Европу». Дверь (вернее, её фрагмент) — настоящая, и она же — рама. Сквозь эту раму проглядывает Париж, любимый город Смирнова, Эйфелева башня и новогодние ёлки, больше смахивающие на российские новогодние. Такое соседство нисколько не смущает автора: рама хоть и ограничена масштабом, но не ограничивает фантазию. «Вспоминал выражение «Фанера над Парижем». Вот погиб летчик на фанерном аэроплане — родилась эта известная фраза, — пишет художник. — Европа прочно засела в наших умах — как объект зависти и грусти. Грусти о мытых мылом улицах, хорошем вине и еде. А мы — на печке-лавочке, да за занавесочкой… Тоска и грусть. Так и я — выломал из шкафчика времен русского модерна дверцу и сделал из нее раму, сквозь которую смотрю на свой любимый Париж. Не достойный (в смысле он не достоин — М.Р.) Европы и ее мытости, круассанов и… Пожалуй, пойду выпью водочки и закушу капусткой «со дна»…

А тут и водочка в бутылочке по соседству. И тоже в раме, но уже с другим характером. Как и чемодан, который становится частью работы, названной «Чемоданное настроение». «Сколько эмигрантов, вернее волн эмиграции. Многие люди хотят убежать. Для этого им нужен чемодан. Мне чемодан не нужен: и я из него сделал раму. От себя не убежишь…»


Тимофей Смирнов, «Частная жизнь», 2016.

Кроме того, что Смирнов философ, но не заумный, а бесшабашно-отчаянный, хулиганствующий, он ещё и великолепный рисовальщик. Тончайшая графика на бумаге и, что интересно, на холсте. Чтобы так работать, надо быть большим мастером — не зря с детства угодил в вундеркинды. Кстати, холст, на котором создана одна из лучших, на мой взгляд, работ, погружает смотрящего в гипнотическое созерцание, сделана на холсте итальянского производства — на нашем так не получится.


Тимофей Смирнов, «Валентинка», 2016.

Сквозь стекло разбитых очков он хихикает на день святого Валентина, с удовольствием погружается в прошлое, разбирая завалы мусора в соседской комнате после смерти её обитателя, страдающего умственным расстройством. А дальше возникает работа «Кокетка» и сопровождающий её текст: «Я обнаружил жемчужину. Эта рама — не горькое наследие безумца, а послание из прошлого. В мусоре и безумии встречается золото, благородно мерцающее блеском прошлых веков. Хорошо рамированная философия.

Источник

Filed in: Культура

Comments are closed.